Серия исторических публикаций на разную тематику о Ростове

Все на пикник!

«Главный» выяснил, где и как горожане проводили летний досуг в былые годы.

 

Мило! Уютно! Весело!

С наступлением летнего сезона состоятельные жители дореволюционного Ростова и Нахичевани отправлялись на кавказские воды, морские курорты или собственные дачи. Кстати, о дачах. Всего загородных поселков до революции было четыре. Один находился немного восточнее церкви Сурб Хач, второй — на Каменке, третий — в районе нынешней улицы Страны Советов, а четвертый — в районе зоопарка. Каменские и зоопарковые дачи сохранились до сих пор.

Зажиточные горожане держали дачи для пикников и для отдыха от ростовской суеты. На некоторых дачах жили круглогодично.

В самом городе тоже было куда пойти.

В парках открывались летние кафе, синематографы и театры. Местные газеты начала прошлого века сообщают: «Сад и театр «Буффъ». Со второго дня Святой Пасхи — открытие летнего сезона. Все заново роскошно отделано: устроен против буфета грандиозный временный крытый театр с ложами, в саду 40 дуговых электрических фонарей и 1 500 лампочек, бесконечные лабиринты электрических арок. Все мило! Уютно! Весело! Клумбы цветов. Начало музыки — в 7 часов вечера, представление — ровно в 9 часов». Сад-театр «Буффъ» сгорел во время войны, а находился он на пересечении Горького и Островского.

Гулять ходили и в Александровский сад (парк им. Вити Черевичкина. — «Главный»). Там в начале прошлого века оборудовали специальную площадку для катания на роликовых коньках — скетинг-ринк. К слову, таких площадок было как минимум еще две. Одна из них находилась на Буденновском проспекте, другая — на Семашко.

Самым веселым, благоустроенным и элитным парком для отдыха и прогулок в дореволюционное время считался городской сад (парк им. М. Горького. — «Главный»). Вход в него стоил 30 копеек, и допускались туда только хорошо одетые и состоятельные горожане. В саду работал летний кинотеатр, действовали аттракционы, летом открывалось множество кафе и повсюду звучала музыка. На дорожках парка можно было заметить первых ростовских велосипедистов.

Совсем не популярными среди ростовской публики были «исключительные по величине» Балабановские рощи (парк им. Н. Островского. — «Главный»). Огромный парк стал излюбленным местом для пикников и маевок лишь в советское время, а в начале прошлого века в нем обитали в основном карманники, хулиганы и бандиты.

Грандиозными гуляньями в городских садах дело не ограничивалось. Для любителей зрелищ на ипподроме, в районе уже упомянутых Балабановских рощ, устраивали скачки, Азово-Донской яхт-клуб организовывал парусные гонки, а на Парамоновских складах за символическую плату можно было посмотреть на бой котов с крысами. Необычное развлечение одинаково нравилось и купцам, и обычным портовым грузчикам. По словам местного сторожа, хозяина «боевых» котов, его питомцы были внуками дикого зверя — камышового кота, привезенного на Дон с Кавказа.

Любопытные занятия придумывали для себя и сами горожане. Так, в газете «Приазовский край» за 1987 год есть заметка о некоем Бессонове, который стал если не первым, то одним из первых изобретателей водных лыж: «В прошлое воскресенье Бессонов производил на Темернике, недалеко от моста, опыты с изобретенными им водяными лыжами. Последние своей конструкцией походят на обыкновенные лыжи, служащие для движения по снегу, но большей ширины, и прикрепляются к ногам посредством ремней. При тихой погоде на них, по уверению изобретателя, можно пробежать в час до шести верст».

Пробное испытание успехом не увенчалось. Бессонов чуть было не захлебнулся в грязных водах Темерника. Но, несмотря на это, изобретатель «не унывает и надеется на днях повторить свой опыт уже на Дону, в присутствии публики, на этот раз уже на усовершенствованных лыжах». Чем все закончилось — неизвестно.

Надо сказать, что в нижнем течении Темерника не купались с середины ХIX, с тех пор, как выше по течению разместились химические и кожевенные производства.

 

 

Лягушачьи лапки и пляжные астрономы.

 

Ростовские купцы предпочитали деловой отдых и устраивали большие прогулки на теплоходах. Они фрахтовали судно и целый день катались по Дону исключительно в мужской компании. На пароходе говорили о делах, встречались с партнерами, заводили полезные знакомства и заключали сделки. Особенностью вояжей были пышные совместные застолья. На обедах подавали блюда русской, армянской, греческой и еврейской кухонь.

О гастрономическом казусе на одной из таких прогулок пишет краевед Ольга Давыдова: «Был приглашен повар из Франции. В купеческом клубе объявили, что на обед подадут французские блюда и настоящая парижская певица будет петь романсы о любви. Билеты на пароход раскупили мгновенно, хотя стоили они не дешево. <...> Обед начался в полдень. В кают-компании столы были заставлены закусками. Устроители обеда говорили, что в конце будет сюрприз». Когда официанты вынесли этот «сюрприз», все удивились, увидев на блюдцах бедрышки маленьких цыплят в остром красном соусе. После того как изысканное блюдо было съедено, повар поделился его секретом. Как оказалось, он специально привез в Ростов живых французских лягушек для приготовления, чтобы доставить удовольствие заморским деликатесом. Гильдийных купцов возмутила попытка накормить их лягушатиной. Повару даже хотели «набить морду», но месье куда-то внезапно испарился. Больше в Ростов французских поваров не приглашали.

А для горожан регулярные речные прогулки с оркестром устраивал Азово-Донской яхт-клуб. Маршрут и программа таких путешествий постоянно менялись. Например, можно было просто прокатиться до Новочеркасска и обратно или же принять участие в целой экскурсии. Один из вояжей предполагал остановку на острове Перебойном, где предлагалось осмотреть метеорологическую станцию, беспроволочный телеграф и питомники.

Если говорить о пляжах и специальных местах для купания, то в местной прессе записи о них встречаются еще в конце XIX века. Так, газета «Ведомости Ростовской-на-Дону городской управы» за 1886 год сообщает об открытии летней купальни «Наяда», построенной по проекту архитектора Дорошенко и расположенной по Большому (Ворошиловскому. — «Главный») проспекту напротив спуска к Дону. Она была построена «со всеми удобствами для публики, с двумя балконами, предназначенными для ловли рыбы, чтения газет и журналов». При купальне работал буфет, в котором предлагали прохладительные напитки, легкие закуски и фрукты. Имелись также комфортабельно обставленные «резервуары-особняки, души, фонтан и воздушная сетка».

В газете «Приазовский край» за июль 1916 года есть заметка о ревизии городских купален: «По полученным нами сведениям, ревизия назначена была в связи с дошедшими до комиссии слухами о злоупотреблениях при постройке купален. При внешнем осмотре комиссия особых дефектов не обнаружила. Комиссия постановила: произвести сличение счетов по постройке купальни с материалами и данными, собранными при ревизии. Постройка купален обошлась городу в 8 700 рублей». Где располагались эти купальни, непонятно, потому что к 1905 году была построена набережная. Исчез пологий спуск к Дону. Можно лишь предположить, что купальни были построены возле яхт-клуба в станице Нижне-Гниловской или у Зеленого острова.

Некоторые горожане отправлялись к берегам Таганрогского залива, где, помимо стандартных плесканий в море, можно было и развлечься созерцанием обнаженной натуры. На таганрогских пляжах были организованы специальные женские и мужские часы, поэтому плавали все совершенно голыми. Как пишет В. Вареник в книге «Ростов и ростовцы», на подобных пляжах часто встречались так называемые «астрономы» — любители наблюдать за женскими купаниями при помощи биноклей и подзорных труб.

 

Ростовское море и донской «Артек».

 

В начале XX века левый берег слыл опасным местом — в дешевых кабаках кутили и развлекались мелкие торговцы и служащие, солдаты и матросы, а также девицы легкого поведения. Большая же часть левого берега была отдана под судоремонтные предприятия, лесопилки, шерстомойни и зерновой рынок. В советское время здесь появились мукомольный завод и элеватор. Тогда же напротив залива Ковш, справа от Буденновского моста, появился престижный Офицерский пляж. Сейчас до него не добраться.

Понятие «левбердон» вошло в обиход ростовчан в начале 30-х годов, когда местные власти решили заложить в этих местах рощу. Роща разрослась, но за ней никто не ухаживал. Других проблем хватало. Вплоть до начала 50-х левый берег считался центром криминальной жизни — здесь регулярно проходили бандитские разборки, совершались грабежи и убийства. Процент раскрытия этих преступлений сводился к нулю.

Приобретать современные очертания левбердон начал в 60-е годы, когда ростовские власти решили создать здесь зону отдыха. За пять лет открылось порядка ста туристических баз со своими собственными пляжами. С тех пор левбердон стал обязательным к посещению местом, отмеченным во всех советских путеводителях.

В газете «Молот» за июнь 1966 года есть заметка, из которой можно составить представление о городском пляже тех времен: «Сейчас, хотя купальный сезон официально еще не открыт, здесь можно встретить много отдыхающих. Работники городского пляжа приготовились к новому сезону. Отдыхающие смогут поиграть здесь в настольный теннис, бадминтон, шахматы, шашки, отдохнуть в гамаках — все это они получат в пунктах проката. Для любителей волейбола и бадминтона размечены площадки».

На левбердоне побывал и Юрий Гагарин. В 1967 году он отдыхал на турбазе треста «Кавэлектромонтаж». В память о визите космонавта установили бюст и мемориальную доску с надписью, сделанной им в книге почетных гостей: «С искренней благодарностью за гостеприимство и трогательную заботу. Со всем самым добрым. Гагарин. 18.6.67 г.».

Похожая судьба и у Зеленого острова. В тридцатых засадили деревьями, в 60-х открыли филиалы центрального городского пляжа. Сюда приходили поплавать и позагорать, поиграть в подвижные игры и просто прогуляться.

В 80-х годах остров хотели превратить в пионерскую республику. Всю его территорию должен был занимать детский лагерь с аттракционами, спортплощадками, беговыми дорожками и прочим. Этой идее не суждено было реализоваться — не нашлось источников финансирования.

Если жители центральных районов Ростова и Нахичевани отдыхали преимущественно на левом берегу и Зеленом острове, то жители окраин гуляли и устраивали пикники в роще возле Темерника (парк «Дружба» на Евдокимова. — «Главный»).

Чудесным местом для летнего отдыха в 70-80-х годах было и Ростовское море. Здесь ловили рыбу, разбивали палатки и купались в тогда еще чистой воде. Сейчас здесь лучше не плавать и рыбу не ловить.

Купаться можно было и в Безымянной балке. Здесь протекал полноводный ручей с одноименным названием (район между Нансена и Ленина. — «Главный»). Как уверяет В. Вареник: «Безымянная балка представляла собой довольно чистый лесок с бабочками, птицами, полевыми цветами и камышами. Первоклассники приносили в школу букеты, собранные в балке в 500 метрах от своей пятиэтажки. Дети купались в ручье и плавали в нем в деревянных корытах, ловили раков и пиявок, ежиков, ужей, ящериц, лягушек и жуков-рогоносцев. Подумать только, что этот животный мир процветал в черте города!»

Балку захламили. Лесок вырубили. 

Камень на камень, кирпич на кирпич.

«Главный» изучил историю кирпичных заводов и выяснил, из чего строили дома в Ростове.

 

Благодарим за помощь в подготовке материала Романа Бочарникова («МойФасад»).

 

В 1761 году, с началом строительства крепости святого Дмитрия, по указанию военного инженера А.И. Ригельмана в Кизитериновской балке был учрежден кирпичный завод. Он стал первым промышленным предприятием будущего Ростова.

До этого крепость строилась из кирпичей Азовской и Таганрогской крепостей.

В основном они шли на фундаменты.

Кроме того, как пишет (в 1907 году) Л. Крещановский в «Исторической записке о Покровской церкви»: «на всем протяжении того места торчал в разных видах и положениях мягкий белый камень, который при постройке крепости сослужил большую пользу. Его употребляли на бут, цоколь и на постройку многих крепостных зданий».

Подавляющее количество строений крепости были саманными,из турлука или дерева. А солдаты так вообще жили в землянках.

В 1827 году по поручению графа Воронцова было составлено описание Ростова-на-Дону: «Хороших зданий, исключая прекрасной церкви, вообще нет. Весь город заключает в себе 1 007 домов, т.е. изб и землянок».

А вот как описывает историк А.М. Ильин Ростов сороковых-пятидесятых годов XIX века: «Центр города занимала Базарная площадь, а близ нее находились ряды деревянных и каменных лавок и двухэтажный кирпичный Городской дом...» («История города Ростова на Дону», 1909 год).

Городской дом дожил в обезображенном виде до наших дней, он известен как дом купца Максимова.

До появления первых крупных кирпичных предприятий для сооружения различных городских и коммерческих объектов, а также домов зажиточных горожан создавали временные кирпичные заводы. Они работали только в период строительства, а после его завершения сворачивались. Кирпичи, из которых возводили такие дома, представляют особую ценность для коллекционеров. На них можно обнаружить любопытные клейма.

Появление первых стационарных кирпичных заводов в Ростове связано со строительным бумом, который начался в 80-90-х годах XIX века.

Предприятия стали открываться в той же Кизитериновской балке и на берегах Безымянного ручья — в районе его впадения в Темерник. Там в достаточных количествах имелось все необходимое для производства: глина, песок и вода.

Заводов было много. Одни из них закрывались, не просуществовав и пары лет, другие сумели пережить революцию. Среди успешных и крупных кирпичных мануфактур тех времен можно выделить предприятия Леванидова, Ильина, Епифанова, Дранина, Попилина и Баронова. Все кирпичи, выпущенные на дореволюционных заводах, производились методом ручной формовки. Продукция различалась по цвету — обжиг кирпичей осуществлялся при разных температурах, а также по форме —  в Ростове можно встретить два основных формата кирпича: "маломеры", относящиеся к более раннему производству, и "большемеры". Кроме того, было принято помечать кирпичи либо различными символами, либо именным клеймом с фамилией или инициалами владельца.

Из продукции Леванидова сложены дом на Московской, № 34 и здание на углу Садовой и Халтуринского. Из кирпичей Епифанова — его контора на проспекте Соколова, № 41 и водолечебница Рындзюна. Дракин поставлял материалы для строительства скотобойни, расположенной на северной окраине города. Кирпичи Ильина были уложены в стены собора Александра Невского и Старообрядческой церкви.

С приходом советской власти практически все кирпичные заводы закрылись. Популярная песенка периода НЭПа рассказывает о том, что с ними стало происходить:

«Тут пошла война буржуазная,

Огрубел, обозлился народ.

И по винтику, по кирпичику

Растаскал он кирпичный завод...»

После революции свою работу продолжили лишь два предприятия —  мануфактура Леванидова и завод силикатного кирпича Попилина. Причем, Леванидов получил на своем же бывшем заводе должность заведующего производством.

Вплоть до 30-х годов кирпичи делали все тем же методом ручной формовки. В Ростове сохранилось немало зданий, выстроенных из этих кирпичей. Прежде всего это конструктивистские кварталы Сельмаша, дома кооператива «Трамвайщиков» на улице Пушкинской, дома-гиганты. И так далее.

Активное строительство промышленных предприятий,застройка улицы Ленина, Западного и Северного жилых массивов, начавшиеся в послевоенные годы, стали толчком к появлению новых кирпичных заводов. Как правило, их локации полностью совпадали с дореволюционными предприятиями. На окраине по дороге в Александровку выстроили «Первый кирпичный», а на бывшем леванидовском предприятии вырос «Второй кирпичный». Производство стало полностью автоматизированным, а дома — серыми и однотипными.

Ну, и пришла эпоха панельных домов.

Куда пойти учиться?

Рукоделие, минералогия и катехизис. «Главный» изучил историю образования на Дону и узнал, что раньше «проходили» в школах.

Первым государственным учебным заведением на Дону можно считать навигацкую школу, учрежденную по инициативе Петра I в Азовской крепости. Николай Дик в статье «Становление и развитие образования на Дону в конце XVII — начале XIX веков» пишет, что в январе 1698 года боярину Алексею Шеину в Азов пришел указ: «...для учения корабельному морскому ходу, и карте, и компасом выбрать из иноземцев десять человек добрых и человечных, грамоте умеющих». Так, сначала воспитанниками Азовской навигацкой школы стали дети иностранцев, состоявших на военной службе. Чуть позже в нее начали принимать и россиян. Кстати, Азовская навигацкая школа — первое в стране учебное заведение, в котором начали преподавать морское дело.

В 1770 году здесь же открылась одна из первых на Дону гарнизонная школа для «служилых людей». В 1793 году в списке школы числилось 13 подростков. Школа просуществовала до 1810 года.

Следующим образовательным учреждением на Дону, о котором сохранились исторические записи, стала войсковая латинская семинария в Черкасске. Она просуществовала с 1748 по 1758 год.

В 1787 году по приказу атамана А.И. Иловайского была проведена перепись грамотных казаков. Их оказалось очень мало, что стало толчком к принятию мер, направленных на развитие образования.

5 февраля 1790 года вышел указ Войскового правительства об основании в Черкасске Народного училища. В 1805 году училище стало гимназией, а в 1809 гимназия переехала в новую столицу — Новочеркасск. Это было первое среднее учебное заведение на Дону.

Краевед Наталия Донскова отмечает: «Образовательная программа гимназии включала в себя довольно обширные познания в различных областях. В ней преподавались: философия, история, математика, физика, география, естествознание, языки (латынь, немецкий, французский), а также восточные языки, статистика, донская и гражданская архитектура. Кроме того, в гимназии преподавались «науки военные»: уставы, полевая фортификация, тактика, военная история, артиллерия, фехтование, гимнастика, верховая езда, стрельба, плавание, столь необходимые в казачьей службе. Юношей также обучали пению исторических, конно-маршевых, молодецких песен».

В 70-е годы XIX века Новочеркасская гимназия была преобразована в полную классическую, здесь изучались латинский и греческий языки; курс обучения длился 8 лет. С 1876 года гимназия помещалась в собственном специально построенном здании, которое сохранилось до наших дней (рис. 1).

В Ростове образовательные классы появились с возникновением крепости Святого Дмитрия. Известно, что уже в 1763 году здесь работала школа кантонистов. Кантонисты — это малолетние и несовершеннолетние сыновья нижних воинских чинов. Как записано в исторических архивах, уроки проходили «в громадном здании для помещения коменданта крепости». Грамоте, счету и Закону Божьему обучались «солдатские дети числом до семисот пятнадцати человек или более». Преподавали в школе кантонистов «сведущие и смышленые» унтер-офицеры и дьячки.

Вплоть до начала XIX века других школ ни в крепости, ни в ее форштадтах не было. Образованием детей занимались частные преподаватели. Только в 1810 году открылось первое в Ростове учебное заведение — мужское приходское училище. Вторым образовательным учреждением в городе стало уездное училище. Оно начало свою работу в 1827 году.

Ростов, кстати, не был самым «продвинутым» городом в плане образования. В Нахичевани еще в 1780 году открылась первая школа. Некоторые казачьи станицы обзавелись гимназиями раньше будущего областного центра, например, станица Усть-Медведицкая.

В Таганроге мужская гимназия открылась в 1806 году. Преподавались: эстетика, риторика, грамматика, психология, логика, нравственная философия, математика чистая и прикладная, физика, технология, история, география, статистика, политическая экономия, право естественное и народное, естественная история, коммерция, бухгалтерия, рисование, языки ново- и древнегреческий, французский, немецкий, итальянский, впоследствии и латинский.

Впереди Ростова был и не входивший в состав Войска Донского Азов. Там мужская прогимназия открылась в 1872 году.

Лишь в сентябре 1876 года начала свою работу Ростовская-на-Дону мужская классическая прогимназия. В ней преподавали историю, географию, катехизис, русский и древние языки, пение и гимнастику. В 1884 году шестиклассная прогимназия высочайшим указом была преобразована в полную гимназию. В июне следующего года состоялся торжественный выпуск девяти гимназистов, получивших аттестат зрелости.

О женщинах разговор особый. Первое женское начальное училище открылось в 1844 году. Второе — с пансионом и более широкой образовательной программой организовали в 1851. Оба эти училища были устроены частными лицами. В сентябре 1873 года в Ростове начала свою работу муниципальная Екатерининская женская гимназия.

Поначалу женская образовательная программа мало чем отличалась от мужской. Но в 1884 году на заседании Ростовского попечительного комитета городских начальных училищ был поднят вопрос о «крайней необходимости обучать девочек рукоделиям, необходимым и полезным в домашнем быту». Спустя год было введено обучение вязанию, починке белья, вышиванию, кройке простого белья и одежды.

В 1881 году 4-классная женская прогимназия появилась и в Нахичевани. В 1893 году она — уже в статусе гимназии — переселилась в собственное здание на нынешней площади Свободы (рис. 2).

 

К концу ХIХ века система среднего образование стало более-менее доступной для самых широких слоев, полностью сформировалось единое образовательное пространство. Согласно статистическим данным, в 1890 году в пределах Области Войска Донского работали 455 светских учебных заведений, в которых учились 36 199 человек.

 

 

Что прошло в печать?

«Главный» изучил историю дореволюционных газет и выяснил, о чем же они писали.

 Первое периодическое издание на Дону появилось в 1839 году: под строгим контролем войскового правления в Новочеркасске начали выходить «Донские войсковые ведомости». Дебютный номер состоял из десяти страниц. Издание было официальным органом местной администрации и служило «для скорейшего обнародования распоряжений войскового и предписаний высшего начальства, а равно и других известий, следующих к общему сведению или исполнению». Все материалы печатались без заголовков и авторских подписей.

С 1851 года редакцию газеты «Донские войсковые ведомости» возглавил историк и публицист М.Х. Сенюткин. В ней появилась неофициальная часть, где публиковались материалы по истории края, заметки о культуре и быте донских казаков, очерки об известных личностях.

До начала 60-х годов «Донские войсковые ведомости» являлись единственной газетой в наших краях. Затем в крупных городах области начали появляться свои локальные издания. Так, первый номер ростовской газеты вышел 7 июля 1863 года. Еженедельник «Ростовский на-Дону вестник. Листок торговый и полицейский» начал выпускать бывший чиновник М.П. Смолеев. Он же был и главным редактором. Газета публиковала материалы городской думы, информацию о ярмарках и различных увеселениях, но просуществовала недолго — всего два года.

Следующая ростовская газета «Вести Ростовской-на-Дону городской Думы» вышла в 1865 году. Ее основным редактором стал городской голова А.М. Байков. Еженедельная газета была очень официозной и печатала исключительно распоряжения властей, известия о происшествиях, расписание поездов и знакомила читателей с театральным репертуаром.

На новый виток донская журналистика вышла в 1866 году, когда в продажу поступила первая частная газета — «Донской вестник» под редакцией А.А. Карасева. «Вестник» печатался в Новочеркасске.

Цель издания определялась так (о ней было заявлено на первой полосе): «Для передачи местных суждений о 

разных жизненных явлениях и возникла наша газета, а потому редакция «Донского вестника» приглашает всех мыслящих людей присылать в редакцию все, что относится к нашей общественной или частной жизни».

Менялись и принципы работы журналистов. Теперь они не могли отделаться сухим изложением фактов: «Репортер должен бегать по городу, побывать на вокзале, на базарах, пройтись по разным улицам и закоулкам, заглянуть в два-три трактира. Вот когда набегаешься так по городу, как собака, тогда и соберется богатейшая хроника, не протокольная, а живая и красочная».

Либерально настроенный «Донской вестник» был хоть и с восторгом встречен ростовской публикой, но, просуществовав три половиной года, закрылся «ввиду неблагоприятных цензурных условий». А.А. Карасев предпринял попытку выпускать другую газету, но и она вскоре прекратила свое существование по тем же причинам.

Похожая судьба и у скандально известной газеты «Донской голос», редактором-издателем которой стал Е.Д. Жигмановский. За публикуемые в ней острые фельетоны, репортажи и передовые статьи редактора и сотрудников газеты не раз привлекали к суду за оскорбление и клевету. Газете везло. Суды редакция каждый раз выигрывала. Правда, с цензорами общего языка ей найти так и не удалось.

Пожалуй, самая успешная газета из существовавших в дореволюционное время — «Приазовский край», созданная С.Х. Арутюновым в 1891 году. Это первое на Дону ежедневное издание, имевшее собственную сеть корреспондентов и ставшее крупнейшим в регионе по своему тиражу и формату. За огромный размер газету в шутку называли «акционерной простыней». На нее, несмотря на приличную цену в восемь-девять рублей, подписывались охотно. Во-первых, с газетой за солидные гонорары сотрудничали известные столичные журналисты — А.А. Амфитеатров и В.М. Дорошевич. Во-вторых, за привлечение новых читателей редакция обещала приятные бонусы: «Альбом красавиц всего мира», «Альбом русских красавиц» и альбом «Женщины востока». Тираж «Приазовского края» был самым большим и достигал девяти тысяч экземпляров.

Все газеты подвергались жесткой цензуре вплоть до Первой русской революции. С объявлением свободы печати количество газет и журналов возросло. Как пишет исследователь Е.В. Ахмадулин, до 1905 года на Дону 

выходило всего одиннадцать периодических изданий. За два года их стало сорок пять.

Помимо многочисленных общественно-политических изданий, отражающих интересы тех или иных партий, появились и первые юмористические. В августе 1906 года вышел политико-сатирический журнал «Фаланга», который, как заверяла редакция, будет «жалить и жечь глаголом пороки людские». В нем публиковались смешные ситуации, шутки, пародии, карикатуры, сценки, зарисовки на злобу дня... Например: «— Что сейчас происходит в России? — Великое переселение народов: одних высылают в Архангельскую губернию, других — в Сибирь, третьих — на тот свет».

Получила распространение и бульварная пресса с незамысловатым содержанием. Газеты «Ростовская копейка» и «Донское утро» ежедневно печатали юмористические зарисовки и интересные случаи из городской жизни, благодаря чему пользовались огромной популярностью.

Ситуация кардинально изменилась в годы Первой мировой войны. Ни сатирических, ни литературных журналов не выходило. Пресса разделилась на два лагеря: одни поддерживали царское правительство, другие — рабочее движение. Затем случился Октябрьский переворот. Печать стала однопартийной, а в названиях большинства газет и журналов появился коммунистический эпитет «красный».

Обсудить

В комментариях недопустимы и будут удалены: реклама, оскорбления, клевета, любые нарушения законов РФ.