Главная Номинации Искра Юга 2015 Публикация о политикеИмя им – регион! Какие цели должен преследовать консолидированный Кавказ?

Имя им – регион! Какие цели должен преследовать консолидированный Кавказ?

В маркетинге есть такое понятие как маркетинг взаимоотношений (партнёрских соглашений). Этот вид маркетинга подразумевает практику построения долгосрочных взаимовыгодных взаимодействий с ключевыми рыночными партнёрами. Конечный результат, к которому стремится маркетинг взаимоотношений, – формирование уникального актива компании, называемого маркетинговой партнёрской сетью. Давайте представим, что компания – это СКФО, а партнёры – её республики? Каких целей эта «компания» должна добиваться? Что этому мешает?

Прежде всего, такой союз (который может выражаться в самых разных областях: политическом, экономическом, информационном) позволит создать систему, когда на рынке будут конкурировать не столько отдельные компании (республики), сколько деловые системы в целом. В связи с этим вопрос: можно ли воспринимать СКФО как нечто объединённое одной целью, единый организм, работающий на общее дело?

Что такое СКФО?

Северо-Кавказский федеральный округ был создан в январе 2010 года – 5 лет назад. Условная столица, где базируется постпредство Президента РФ в федеральном округе, находится в Пятигорске, что, конечно, может показаться спорным, учитывая, что самым большим городом округа является Махачкала, да и Дагестан (наряду с Чечнёй), по сути, является ключевым субъектом округа. И, будем честными, наиболее проблемным.

Если отталкиваться от последних статистических показателей (январь – апрель 2015 года), то оборот розничной торговли СКФО составляет 395 696,5 млн рублей. Это больше, чем, скажем, у Дальневосточного федерального округа и недавно созданного Крымского федерального округа. Однако совокупный экспорт (что, в принципе, легко объяснимо), республик СКФО существенно ниже, чем в других округах и составляет $1 285,7 млн (январь – декабрь 2014 г.). У наших ближайших конкурентов показатели намного лучше: ЮФО – $20 204,6 млн, ДФО – $28 673,8 млн.

Экономика СКФО ориентирована на внутренний рынок. Пусть экономические службы и докладывают о том, что внешнеэкономическая деятельность республики развивается и стремится охватить все стороны. На самом деле внешнеторговый оборот участников внешнеэкономической деятельности (ВЭД) Республики Дагестан за 2014 год составил $603,12 млн, что ниже уровня 2013 года на 19,12%.

Надстройка

Нельзя не сказать о том, что Кремлю пока не удаётся систематизировать работу по налаживанию нормального функционирования экономики региона. Для этого собственно и создано деление на федеральные округа, введён институт полпредства, создано министерство по делам Северного Кавказа. Все эти структуры всегда возглавляли люди, равноудалённые от Кавказа, итоги работы которых трудно охарактеризовать и дать оценку.

По сути, созданием данных надстроек Кремль решил два вопроса: создал структуры, ответственные за целостную политику в отношении Кавказа, место аккумулирования идей по его развитию и одновременно создал структуры, которые могли бы создать сами кавказские республики. Кавказские республики сейчас заняты каждая своими проблемами, а «надстройка» над ними (полпредство) – имиджевыми проектами, которые, по сути, не решают проблемы, а только показывают работу для галочки – статистика ради статистики. Настоящее лоббирование интересов Кавказа через постпредство, министерство по делам Северного Кавказа трудноосуществимо.

Лобби

Выходит, что мы сейчас по-настоящему можем полагаться только на собственное лобби, которое может выходить за рамки республики, СКФО или министерства по делам Северного Кавказа. Такое лобби есть только у Рамзана Кадырова. В этом плане Чечня оставляет все республики далеко позади себя. Вовлечённость в вертикаль власти чеченцев также существенно выше. Конечно, дагестанцев-политиков и олигархов, людей, которые на слуху, больше. Но в том-то и дело, что в Чечне нет «политиков», там всего один политик (в Дагестане, что бы ни говорил Рамазан Абдулатипов, политиков много, даже после чистки), а остальные проходят как «его люди в эшелонах власти» – исполнители. В чём преимущество? В том, что «свои люди» Кадырова работают в интересах Кадырова (Чечни), а политики-дагестанцы работают в интересах своих и своего тухума, клана или политической группы. Кого можно назвать политиками-лоббистами, олицетворяющими Дагестан? Депутатов Государственной думы и сенаторов в Совете Федерации Федерального собрания (далее ГД и СФ соответственно – «ЧК»)?

В СФ у нас Ильяс Умаханов, занимающий должность зампреда Совета Федерации, и Сулейман Керимов. В ГД – 11 депутатов. В министерстве по Северному Кавказу в ранге советника министра находится РизванГазимагомедов, не пригодившийся, как вы помните, Абдулатипову. А в Администрации Президента РФ в ранге заместителя руководителя находится Магомедсалам Магомедов. Есть ещё сам глава республики Рамазан Абдулатипов. В прошлом, кстати, он занимал должность заместителя председателя правительства России по национальным вопросам, вопросам развития Федерации и местного самоуправления. После этого занимал должность министра национальной политики России.

Словом, у тех же чеченцев политиков федерального уровня было больше. Руслан Хасбулатов, которого Егор Гайдар называл тонким интриганом, которому присущ «восточный интрижно-аппаратный стиль», занимал должность вице-премьера и играл большую роль в годы президентства Бориса Ельцина, Джохар Дудаев, единственный генерал-чеченец в советской армии, кремлёвский политтехнолог, бывший зампред Правительства РФ Владислав Сурков (чеченец по отцовской линии). В новейшее время на федеральном уровне работал и ряд других чеченцев – Доку Завгаев, АлуАлханов и некоторые другие. В том же министерстве по делам Северного Кавказа в ранге заместителя министра работает двоюродный брат Рамзана Кадырова – Одес Байсултанов.

Что нужно толкать?

«ЧК» много писал о вреде дотационной иглы для Дагестана и в целом Кавказа. Весь свой лоббистский ресурс лидеры кавказских республик тратят на выбивание денег, и одним из немногих рычагов давления так и остаётся – «обеспечение стабильности» на Кавказе – форпосте между центральной Россией и Закавказьем. Конечно, есть и социальные обязанности республик, т. н. соцпакет, но всё же он не самый главный.

В Стратегии социально-экономического развития СКФО до 2025 года, например, сказано, что, несмотря на то что большинство субъектов РФ, входящих в СКФО, являются реципиентами, «средства федерального бюджета направляются в основном на поддержание социальной сферы и в значительно меньшей степени – на стимулирование развития реального сектора экономики».

Реальный сектор экономики – это одна из главных проблем экономики Кавказа, и Дагестана в частности. В принципе, мероприятия, обозначенные в Плане деятельности министерства по делам Северного Кавказа до 2018 года, направлены на развитие именно этой сферы.1

Чего точно не хватает деятельности постпредства СКФО и министерства по делам Северного Кавказа, так это лобби стратегических (политических, административных, экономических) интересов республик СКФО.

Например, снижение ставок по ипотеке или снижение средней рыночной стоимости жилья. К слову, стоимость 1 кв. м общей площади жилого помещения в г. Махачкале на III квартал 2015 года составляет 42 394 руб. (ранее – 40 452 руб.), в Хасавюрте – 35 826 руб. (ранее – 34 185 руб.)2. К примеру, в г. Ростове-на-Дону цена на III квартал 2015 года – 45,5 тыс. руб. за 1 м2. А в среднем по РФ во II полугодии стоимость 1 кв. метра установлена в размере 35 915 рублей.

Есть ещё несколько мер развития экономики (или, если угодно, борьбы с кризисом), которые описал руководитель Центра экономических исследований Института глобализации и социальных движений Василий Колташов.

Первое: развернуть жилищное строительство. Он предложил за казённый счёт построить 4 млн квартир и предоставить их гражданам в кредит на длительный срок, без наценки и первоначального взноса, всего под 2–3% годовых. По его мнению, при условии, что техника и материалы будут российскими, это перезапустит строительную отрасль. Какой процент из этих 4 млн квартир ляжет на Дагестан (или другую республику СКФО), сказать трудно. Согласно официальной статистике по состоянию на 2014 год в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий зарегистрирована 56 581 дагестанская семья (см. таблицу 1). Думается, что эту цифру можно смело умножать на два, а то и на три.

Необходимо также иметь в виду, что Минстрой и ЖКХ республики заявляли на 2015 год планы о строительстве 2 млн квадратных метров жилья. Кроме того, следует помнить, что Дагестан включён в перечень субъектов РФ – участников программы «Жильё для российской семьи», согласно которой в республике необходимо до 1 июля 2017 года ввести в эксплуатацию 856 тыс. кв. метров жилья экономкласса. Правительством РД подписано соответствующее соглашение с Министерством строительства и жилищно-коммунального хозяйства РФ и ОАО «Агентство по ипотечному жилищному кредитованию».

Построенное в рамках указанной программы жильё будет стоить не более 35 тыс. рублей за 1 м2, и приобрести его смогут отдельные категории граждан, нуждающиеся в улучшении жилищных условий (молодые семьи, специалисты социальной сферы, врачи, учителя, инженеры и пр.).

Второе: удешевить кредит до 5–6%, введя законодательный запрет на ссудный процент выше 7%. Ростовщичество должно стать уголовным преступлением. Для республик СКФО, где значительная часть населения знакома с исламскими порядками ведения бизнеса, эта норма будет сродни точечному попаданию.

Третье: развитие транспорта и инфраструктуры (всегда актуально для Кавказа).

На этом перечень первоочередных мер заканчивается.

Смело добавим ещё один пункт: перераспределение некоторых налоговых отчислений, идущих в федеральный бюджет. К примеру, в Дагестане есть предприятия, которые имеют большие доходы, используя республику, её потенциал (финансовый, человеческий, природно-климатический, иной), но налоги выплачивают не у нас. В первую очередь речь идёт о крупных российских компаниях, осуществляющих свою деятельность через филиалы и представительства в Дагестане, в том числе входящие в консолидированные группы налогоплательщиков (КГН), состоящие на налоговом учёте в других субъектах РФ (крупные операторы связи, предприятия нефтяной и газовой отрасли). К примеру, в 2014 году данная категория налогоплательщиков уплатила в бюджет РД налогов на 412 млн рублей меньше, чем в 2013 году (к слову, лоббированием того вопроса могли бы заниматься 11 депутатов ГД и 2 члена ФС, не говоря уже о «надстройке», казалось бы, кровно заинтересованной в избавлении СКФО от дотационной иглы).

И это не говоря об отстаивании интересов Кавказа на политическом и законодательном уровне. Прямыми обязанностями «надстройки» были сохранение возможности населением самостоятельно выбирать глав МО. Однако этого не случилось.

В итоге мы получаем, что «надстройка» вроде и защищает наши интересы, но делает это избирательно. Для того чтобы продавливать или хотя бы поднимать на обсуждение, нужно заинтересованное лобби, консолидированный Кавказ. Каждый же из нас тянет одеяло на себя.

К сожалению, у кавказских республик, их лидеров сейчас нет понимания необходимости создания партнёрской сети (маркетинга взаимоотношений).

Запрос на это созрел давно. Но шагов к созданию такой партнёрской сети не наблюдается. Мы не говорим о самоопределении или о сепаратизме и согласны в какой-то степени с кавказским эмигрантом и публицистом Михаилом Абациевым3, который писал (в 1920–1930 годы), что «пути к независимости нет объективно», а также то, что «независимость, если она и могла осуществиться, но только на основе солидарности. Но солидарности на Кавказе тоже нет. Нужно не фантазировать, а исходить из реальной действительности. Кавказ может жить мирно, спокойно только в составе России». Абациев ставил по большому счёту главный вопрос кавказской эмиграции, образовавшейся после революции 1917 года. А именно: «Возможна ли кавказская солидарность вообще? Есть ли чувство этнической общности между народами, населяющими Кавказ?». Другой кавказский деятель, активно рассуждавший на тему единого Кавказа, грузин Михаил Мусхелишвили, писал, что «для создания кавказского объединения в настоящее время (а это был 1934 год) отсутствует «кавказский дух», который нужно специально формировать».

На наш взгляд, кавказская солидарность – далеко не потерянное понятие и сейчас самое время искать тот самый пресловутый кавказский дух, и если не кавказская идентичность, политическое или какое-то другое абстрактное будущее, то совместные экономические выгоды могут стать для этого реальным подспорьем.

1 В Плане деятельности министерства по делам Северного Кавказа до 2018 года 5 основных целей: «Формирование системы стратегического и территориального планирования в регионах РФ, входящих в состав СКФО», «Развитие реального сектора экономики, повышение качества жизни и благосостояния граждан, привлечение инвестиций в экономику СКФО», «Повышение эффективности реализации государственных и федеральных целевых программ», «Развитие малого среднего бизнеса на территории СКФО», «Развитие международного сотрудничества с Республикой Абхазия и Республикой Южная Осетия».

2 Постановление Правительства РД от 23 июня 2015 года №189.

3 М. Н. Абациев – осетин, военный. В эмиграции оказался в Праге, после переехал в Париж. Был активным членом различных кавказских организаций. Полемизировал с представителями движения и журнала «Прометей», которые стремились к созданию конфедерации независимых государств Кавказа. В 1928–1937 гг. им был прочитан и напечатан ряд докладов на эту тему: «Задача и тактика кавказских сепаратистов», «Союз народов Кавказа», «Идея солидарности народов Кавказа», «Демократия и реальная политика».

Смотрите также