Земельные конфликты как фактор актуализации этно-политических проблем в современном Дагестане

Основные причины локальных этнополитических конфликтов в Дагестане — это противоречия в сфере земельных отношений по поводу зимних пастбищ; общинных земель, отчуждаемых под промышленное строительство и рекреационные зоны; трения из-за спорных границ муниципальных земель; конфликты внутри селений по поводу земельных планов. Показано, что миротворческая практика в Дагестане, основанная на институтах народной дипломатии, не способна разрешать этнические конфликты и направлена в первую очередь на недопущение насилия и открытых столкновений.

В многонациональном Дагестане любая социально-экономическая проблема может способствовать этнополитическому напряжению и конфликтам. На современном этапе фактором, актуализирующим этнополитические конфликты в республике, является множество проблем в сфере земельных отношений. В республике назревает серьезный кризис в сфере земельной политики, связанный с возрастающей нехваткой земли при стабильных темпах роста населения и миграционном давлении на равнинные и прибрежные районы. К тому же проблема дополняется коррупционными проявлениями в области регулирования земельных отношений. Многие проблемы, связанные с земельными ресурсами в Дагестане, выливаются в локальные, динамично развивающиеся конфликты, которые становятся серьезной внутренней угрозой этнополитической стабильности и безопасности в республике.
Исследование земельных конфликтов проведено на основе включенного наблюдения и мониторинга дагестанских общественно-политических еженедельников. Земельные конфликты представляют собой противостояния по поводу строительных участков и угодий. В основе этих конфликтов лежит борьба за ресурсы на определенной территории. Сторонами противостояния могут выступать все категории собственников земли, которыми, согласно российскому законодательству, являются частные и юридические лица, муниципальные образования, субъекты Федерации и государство [1]. Все эти субъекты правоотношений потенциально могут вступать в конфликты по поводу спорных участков земли, которые делятся на различные категории.
Однако кроме указанных в российском законодательстве участников земельных отношений в Дагестане активную позицию в этих вопросах занимают сельские общины — джамааты. Легитимность общинной собственности на земли вокруг поселений имеет глубокие исторические корни. Так, еще до вхождения в состав Российской империи на территории Дагестана существовало несколько видов политических образований, среди которых наиболее характерными для региона были «вольные общества» или их союзы [2, с. 140]. В них решающая роль в управлении принадлежала джама-атам (собраниям общинников), советам старейшин и мусульманскому судье — кадию [3, с. 207]. Союзы вольных обществ функционировали на основе четкого разграничения территорий каждого джамаата, входившего в союз, соблюдения адатного права для межобщинного и внутриобщинного регулирования. Эти механизмы регулирования общественных отношений в сельской местности Дагестана сохранились и в советские годы. Легитимность общинных владений и коллективного использования земли была обеспечена преобразованием сельских общин и их союзов в колхозы и совхозы.
На современном этапе, несмотря на административные реформы, традиционные нормы самоуправления в Дагестане (главным образом в сфере земельных отношений) сохранились и до сих пор влияют на деятельность администраций муниципальных образований. Именно легитимность в глазах общества такой формы собственности на землю, как общинная, которая не предусмотрена российским законодательством (в частности Земельным кодексом РФ), является причиной невозможности решать конфликты одними только официальными правовыми механизмами в условиях, когда одной из сторон противостояния является сельская община.
Анализ конкретных ситуаций за исследуемый период времени показывает, что земельные конфликты в многонациональных районах республики приобретают этнический оттенок, т. е. трансформируются из экономических конфликтов в локальные межэтнические конфликты (табл. 1).

Земельные конфликты в Дагестане (2006–2008 гг.)

 

Населенные пункты, районы РД

Время

Форма проявления

Стороны (локальные этнические общины)

Численность уча­стников активных действий

Итог, состояние на сегодняшний день

Карабудахкет — Кара-будахкентский район

Март 2007 г.

Митинги и

массовые

выступления

Кумыки — даргинцы  

Около 6 тыс. чел.

 

Ленинкент (админи­стративно подчинен г. М ахач кала )

2007 г.

Митинги и

массовые

выступления

Кумыки — аварцы

Около 1,5 тыс. чел.

Отставка главы администрации, отток кумыкского населения поселка

Ботлих — Ботлихский район

2005–2007 гг.

Обращения к руко­водству РД, митин­ги, иски в суды

Ботлихцы — Мин­обороны РФ

Нет данных

Денежные компен­сации местному на­селению, улучшение инфраструктуры района

Костек — Новый Костек — Хасавюр­товский район

1993–2007 гг.

Массовые столк­новения, погромы, митинги, обращения к руководству РД

Кумыки — даргинцы (цудахарцы)

Нет данных

Передача 97 га земли и 175 га ско­топрогонных трасс даргинскому селу за счет республикан­ского земельного фонда

Калининаул — Казбе-ковский район

Август 2007 г.

Массовое столкно­вение

Аварцы — чеченцы

Около 100 чел.

Примирение сторон (маслиат)

Новокаре — Бабаюр-товский район

Июнь 2008 г.

Массовое столкно­вение с перестрел­кой

Кумыки — лакцы из кутана «Караша»

Нет данных

Двое госпитализи­рованы

Шушановка — Кизил-юртовский район

Июль 2008 г.

Групповое столкно­вение

Кумыки — аварцы

Около 50 чел.

Двое госпитализи­рованы

Стальское — Кизил-юртовский район

Июль 2008 г.

Столкновения, по­громы, хулиганство

Кумыки — аварцы (кварельцы)

Около 60 чел.

Примирение сторон делегацией чинов­ников из Махачкалы

Земельные конфликты в Дагестане охватывают большую часть прибрежной зоны, а также предгорные и равнинные районы республики. При этом существует несколько типов противоречий, которые могут способствовать развитию локальных межэтнических конфликтов.
Это, во-первых, противоречия по поводу зимних пастбищ между коренным населением равнинных и степных районов (ногайцы, кумыки) и скотоводами (представители горной части Дагестана), отары овец которых, как правило, не возвращаются на альпийские луга в летний сезон, что, в свою очередь, приводит к истощению земель, превращению степи в пустыню.
Отгонная система выпаса мелкого рогатого скота складывалась в Дагестане веками, а в советское время приобрела особо значительные масштабы и по-своему отлаженный порядок за счет обеспечения ее функционирования пастбищами равнинной зоны РД (Ногайская степь, Кизлярская зона), а также пастбищных зон Калмыкии, Ставропольского края, республик Грузия и Азербайджан. Она и в настоящее время остается приоритетной в экономике Дагестана, правда, теперь с исключением из нее иностранных территорий. Однако для природных ресурсов земель, ставших ее базой, она во многом пагубна. Например, в Ногайском районе Республики Дагестан 750 202 тыс. га пастбищ. Из них 558 077 тыс. га находится в республиканском ведении отгонного животноводства, т. е. порядка 75% последних [4]. Нормы выпаса в ряде случаев превышаются в 4 раза. В то же время почти половина летних горных пастбищ остается неиспользованной в связи с тем, что фермеры («отгонники») не планируют туда возвращаться. Реалии последних лет — избыточная нагрузка на пастбища Ногайской степи (а также Калмыкии и Ставропольского края), ибо на них сейчас круглогодично выпасается скот, ранее перегонявшийся туда только в зимний период. В результате значительная часть степных пастбищ подвержена ветровой эрозии, что служит причиной их опустынивания. Это, в свою очередь, негативным образом сказывается на хозяйственной деятельности и в целом на жизни старожильческого населения.
Вот как описывает отношение ногайцев к сложившейся ситуации в районе этнограф Ю.Ю. Карпов: «представители ногайских общественных организаций говорят: “в районе сейчас такое положение, что своим негде пасти — все “отгонники”. Горцы предприимчивые, трудолюбивые, они максимально эксплуатируют Ногайскую степь. К этому добавляются и этому способствуют их клановые связи и доступ к финансам… На теневом рынке кошара (постройки для жилья людей и содержания скота, плюс 1 тыс. га пастбищ) стоит 400–600 тыс. руб. Правительство республики забирает у района деньги, а в районе 600 кошар — прекрасные условия для теневой экономики… Мы согласны, чтобы горные районы выпасали свой скот на территории района, но пусть они берут пастбища в аренду, деньги за пользование пастбищами должны поступать в актив района. Однако правительство республики на это принципиально не соглашается… В настоящее время земли отгонного скотоводства зажали со всех сторон ногайские земли (т. е. земли, оставшиеся в распоряжении хозяйств населенных пунктов. — Ю.К.). А политику в Дагестане вершат те, у кого деньги» [4, с. 111].
Еще одним вариантом земельных конфликтов в Республике Дагестан следует назвать противостояния сельских общин по поводу отчуждаемых под промышленное строительство общинных земель. К числу самых нашумевших конфликтов данного вида относятся противостояния ботлихцев с Министерством обороны РФ в связи с возведением военного городка вблизи их села, а также противостояние жителей поселка Главный Сулак с пограничниками из-за включения поселка в категорию земель пограничной полосы.
Весной 2008 года обострилась ситуация вокруг инвестиционного проекта «Немецкая деревня» на территории Карабудахкентского района. Руководство республики решило использовать прибрежные участки земли южнее Махачкалы в рекреационных целях, в связи с чем планируется строительство маленького курортного городка европейского типа. Однако часть территории, на которой планируется возведение курортных объектов, исторически принадлежит кумыкским сельским общинам Ка-рабудахкентского района. Сложность ситуации заключается в том, что инвесторы и строители договариваются с администрацией района, опираясь на юридические нормы и документы, а сельские общины руководствуются историческими правами собственности на землю и рассчитывают на справедливое возмещение ущерба.
Следующая разновидность земельных конфликтов, которая способна вовлечь в свою орбиту эт-ничность сторон противостояния, — это конфликты внутри селений по линии «местные» и «приезжие» («подключается» фактор этничности) по поводу земельных планов для строительства жилья и ведения приусадебного хозяйства. Очаги такого рода конфликтов время от времени вспыхивают в поселках Махачкалинской зоны, а также на территории Кизилюртовского, Дербентского, Хасавюртовского и других равнинных районов.
К числу этих конфликтов относятся и противоречия, связанные с незаконной, на взгляд жителей поселений, распродажей «общинной» земли местными чиновниками. Ярким примером такого рода столкновений является конфликт в поселке Ленин-кент, расположенном вблизи Махачкалы. Исторически в поселке Ленинкент проживают кумыки. Однако в советские годы сюда шла активная миграция аварского населения, в результате чего оно на сегодня составляет 75% от его общей численности. Изначально в конфликте стороны делились на «местных» и «приезжих»: с одной стороны — кумыки и аварцы-старожилы, а с другой — аварцы, недавние переселенцы. Однако, как, впрочем, часто бывает, заинтересованные стороны в лице бывшего главы администрации поселка и его ближайшего окружения, участвовавшие в незаконной распродаже земли, стали актуализировать этнический фактор. В результате произошла смена идентификации «местные — приезжие» в направлении межэтнического противостояния.
Своеобразной этнополитической проблемой в сфере земельных и территориальных отношений в Дагестане является проблема переселения лакцев Новолакского района в Кумторкалинский район. Особенностью данного процесса является то, что лакцы, освобождая исторические земли чеченцев-аккинцев, не возвращаются к себе в горы, а переселяются на кумыкские земли на побережье Каспийского моря.
Далее следует отметить противоречия между селами — джамаатами из-за спорных участков земли. Конфликты на этой почве недавно имели место между общинами сел Костек — Новый Костек, Ка-рабудахкент — Какашура и др.
Районы, в которых существует потенциал политизации земельных конфликтов на основе этнично-сти, имеют многонациональный состав населения. Однако исторически каждый район был заселен определенными этническими группами, представители которых считают себя старожильческим населением и в связи с этим претендуют на привилегированные позиции во всех сферах общественной жизни этих районов, а главное, на более высокий статус, чем относительно недавние переселенцы. Но демографическая ситуация в этих районах такова, что численность коренного населения становится меньше, а численность переселенцев — больше, в связи с чем последние оспаривают доминирование старожильческого населения и требуют равного доступа ко всем ресурсам, в том числе и земельным участкам.
Локальные межэтнические конфликты возникают в равнинных районах между переселенцами из горных районов и представителями коренного кумыкского народа, который постепенно превращается в меньшинство на своей исконной территории. Как отмечает А.Г. Гусейнов, в результате крупномасштабных организованных переселений и стихийной бесконтрольной миграции из горных районов в 1950–1980-х гг. без учета этнокультурных, демографических и экологических последствий для равнинного населения, и в первую очередь кумыков, произошло перенасыщение Кумыкской равнины и приморской низменности [5, с. 146].
Резкое изменение соотношения численности коренных жителей и переселенцев в пользу последних стало причиной частых трений между переселенцами и исконными жителями этих районов по вопросам землепользования, представительства этнических групп в органах управления городов, районов и населенных пунктов, решения социально-экономических и культурных проблем.
Данная проблема не является новой для Дагестана. Еще в начале 1990-х гг. национальные организации и движения этнических групп, проживающих на равнине, обозначали земельную (территориальную) проблему как ключевую в своих программах и политических декларациях. Так, еще в 1992-м году Кумыкское народное движение «Тенглик» (Равенство) предложило проводить реформирование земельных отношений, которое фактически сводится к федерализации Дагестана — разделению его на четыре субъекта. В современных условиях эти лозунги вряд ли найдут активную поддержку в обществе. Однако сегодняшние проблемы в сфере земельных отношений в республике могут стать фактором актуализации этнополитических проблем и возрождения этнонациональных движений и организаций.
Итак, подводя итоги нашего анализа, можно заключить, что земельные конфликты политизируются именно на этнической основе, признаками чего служат как массовость участия мобилизованных по этническому принципу групп, так и выдвигаемые ими требования повышения статуса группы на территории ее проживания. Политизация земельных споров на этнической основе в Дагестане способна возродить старые национальные движения или же может стать причиной появления новых движений, организованных по этническому принципу. Этнически организованные движения в свою очередь не ограничиваются локальными конфликтами, в которых стремятся отстаивать интересы своей группы. Их деятельность ведется от имени всей этнической группы, выдвигаются политические требования, связанные с повышением статуса этнической группы и территории ее проживания, что представляет собой угрозу слияния многих локальных конфликтов в один блоковый конфликт на основе общих этнических недовольств.
Подобный сценарий губителен для дагестанского многонационального общества, и необходимы адекватные меры противодействия трансформации земельных конфликтов в локальные межэтнические противостояния, а последних — в этнополитические конфликты. Самое важное в данном контексте — предотвратить возможное перерастание локальных, «несерьезных», как может поначалу показаться, конфликтов в крупномасштабные столкновения с разрушительными социально-экономическими последствиями для всего региона.
В миротворческой практике преобладает традиционная стратегия урегулирования, т. е. прекращения или недопущения открытых столкновений в этнополитических конфликтах. Но для окончательного разрешения современных земельных конфликтов использования только институтов народной дипломатии недостаточно.
Статья выполнена в рамках проекта «Укрепление государственности и развитие федеративных отношений на Юге России» Подпрограммы фундаментальных исследований «Проблемы социально-экономического и этнополитического развития южного макрорегиона» Программы Президиума РАН «Фундаментальные проблемы пространственного развития Российской Федерации: междисциплинарный синтез».

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Земельный кодекс Российской Федерации. Новая редакция. Ростов н/Д, 2008. 84 с.
2. Епифанцев С.Н. Этносоциетальная трансформация на Северном Кавказе на рубеже ХХ–ХХI вв. / Отв. ред. Ю.Г. Волков. Ростов н/Д, 2005. 360 с.
3. Агларов М.А. Сельская община в Нагорном Дагестане в ХVII — нач. XIX вв. М., 1988. 280 с.
4. Карпов Ю.Ю. Этносоциальные трансформации в условиях миграционных процессов (на примере Дагестана) / Северный Кавказ в национальной стратегии России. М., 2008. 360 с.
5. Гусейнов А.Г. Социально-политические конфликты Северного Кавказа: сущность и пути урегулирования. Махачкала, 2008. 269 с.
6. Концепция федерализации Дагестана // Къумукъ иш. 1992. № 4 (11). С. 24.

Недопустимы и будут удалены комментарии, содержащие рекламу, любые нецензурные выражения, в том числе затрагивающие честь и достоинство личности (мат, оскорбления, клевета, включая маскирующие символы в виде звезд или пропуска букв), заведомо ложная или недостоверная информация, которая может нанести вред обществу (читателям), явное неуважение к обществу, государству РФ, государственным символам РФ, органам государственной власти РФ, а также любое нарушение законодательства РФ.